Нормально

рёв мотора распугивает вороньё.
кокетка заглушает хохотом радио.
успокаивается да демонстрирует знание Монтескьё,
одновременно по проспекту разливая дорогое вино.

от законной жены игра в прятки.

любовница лобовому стеклу отдаст в дар отпечатки
своих тёплых ладоней.
жена, аккуратно сложив перчатки
в бардачок, в скором времени взгляд свой тяжёлый на эти самые отпечатки уронит.

отныне знает: она не одна.
несчастная женщина лишена своего мужчины.
принимай соболезнования!
глупо сейчас скрупулёзно рыться в его телефонной книге.

у подъезда заглохла грязью забрызганная карета.
не поранив ни слова, особа затягивается сигаретой.
на асфальте лодочками нервно мнёт россыпи серого пепла и
впивается взглядом в детей, которые шумно спорят и делят подтаявшую конфету.

хватает же духа даме подняться в хоромы по винтовой!
знает, что тут же учует запах парфюма соперницы.. такой свежей и молодой.

на трюмо жена скидывает пальто.
утварь дамскую швыряет на пол.
"видимо подвернулась лучшая партия", -
затянула ядовито и виновато.

коралловые серьги спрячутся за диван.
пугливо шепчутся: "барышня на нервной почве скинет пару желанных лишних килограмм".

с особым почином выкатила из чулана кожаный чемодан.
на секунду задумалась, присела, запустила руку в карман
по привычке и мысленно на стороне закрутила роман.

однако какое пустое дело помышлять о том, что вовек бы не осуществила.
как бы ты смотрела в глаза тому человеку, которого жизнь всю слепо любила?

застонали на запястьях следы от отчаянных мужских объятий.
хрупкая женская сущность не терпит насильственных посягательств.

и скандалы, как правило, подобны хождению по раскалённым углям.
без сноровки и опыта будто с дичайшего похмелья по будням.

по нелепой случайности зачастую раскрываются карты:
по вине смертниц в городах происходят ужасающие теракты;
не получив помощь во время, люди погибают от острых инфарктов;
некогда родная углядев отпечатки не оправится от самой горькой утраты.

во дворе бог знает кто приручил губную гармошку.
оторвавшись от чемодана, женщина подходит к окошку.
на лавочке, под окном, седовласый дед обнимает худую старушку.
страшно представить, что кому-то из них предстоит одиноко плакать в подушку.

звонок в дверь.
от его взгляда как прежде села на мель.
она любит!
любит ещё горячей.

сокрушённо припала к его груди:
«Как залатать сердце? Отвечай! Не молчи!»

«Не залатаешь, как ни крути».